Мануэл I выбрал это место по двум причинам. Во-первых, именно здесь экипаж Васко да Гамы молился в небольшой часовне Эрмида-ду-Рештелу — ските Ордена Христа — в ночь перед отплытием в Индию в июле 1497 года. Новый монастырь задумывался как благодарность за благополучное возвращение экспедиции и как символ новой роли Португалии — ворот Европы на Восток. Во-вторых, в 1500 году Белен был рабочим речным портом, откуда португальские корабли открытий действительно отправлялись и возвращались. Строительство монастыря здесь поставило его на маршрут каждого плавания. Экипажи, возвращавшиеся домой из Африки и Азии, видели его с реки. Экипажи, уходившие в новые экспедиции, молились здесь перед пересечением бара Тежу. Монастырь и башня были неотделимы от практической инфраструктуры торговли специями.
К моменту, когда здание было в основном достроено, в 1580-х годах, торговля специями уже начала смещаться из Лиссабона — сначала в испанскую Севилью, позже в голландский Амстердам и английский Лондон. Монастырь продолжал действовать как религиозный институт до 1833 года, когда либеральные реформы распустили португальские монастыри и перевели Жеронимуш в гражданскую собственность. Землетрясение 1755 года разрушило большую часть центрального Лиссабона, но пощадило Белен — монастырь является одним из немногих крупных зданий, построенных до 1755 года, которые до сих пор стоят в первоначальном виде. Реставрационные работы XIX и XX веков добавили западное крыло (ныне Морской музей), но оставили клуатр, церковь и трапезную в том виде, в каком их создали каменщики Мануэла I.
Монастырь Жеронимуш и Беленская башня были построены как парное заявление — монастырь как духовное лицо эпохи Великих географических открытий, башня как их военное и церемониальное лицо. Оба стоят на набережной в пределах видимости друг от друга; оба используют один и тот же мануэлинский визуальный язык; оба финансировались из доходов от торговли специями. Вместе они обрамляли отправление и возвращение каждого плавания через Тежу. Землетрясение 1755 года — одно из самых разрушительных сейсмических событий в европейской истории, унесшее десятки тысяч жизней в центральном Лиссабоне и вызвавшее цунами, которое поднялось по Тежу — оставило Белен сравнительно невредимым, потому что пригород стоял на более стабильном скальном основании, чем аллювиальная равнина городского центра. Эта геологическая случайность — главная причина, по которой эти два памятника сохранились в своей первоначальной мануэлинской форме, тогда как большая часть Лиссабона, построенного до 1755 года, не сохранилась.